• “Тринадцатая Дара” Часть 33

  • Декілька нових доробків вашого покірного слуги


  • Представляю пьесу "ЗЛЫЕ СЕСТРЫ", которая была задумана как комедия, а получилась трагическим фарсом.
    Эта пьеса-сателит к широко известной в узких кругах, и даже успевшей стать культовой, коллективной пьесе "ШЕСТЬ В ЯЩИК", так и не дописанной до конца (и возможно ли это?), существующей в настоящее время в нескольких редакциях, одна из которой частями была опубликована у Stereomodus'а.
    "ЗЛЫЕ СЕСТРЫ" - своеобразно дополняет "ШЕСТЬ В ЯЩИК", рассказывая об одном из самых загадочных ее персонажей: ЖУЖЕЛИЦЕ, представляющей собой фантасмогоричное существо в кавканианском духе - огромное насекомое с антропоморфными чертами.
    "ЗЛЫЕ СЕСТРЫ" неразрывно связаны так же с музыкальной пьесой "ИНТЕРМЕДИЯ ЖУЖЕЛИЦЫ", на которую они непосредственно отсылают в финале. Текст "ИНТЕРМЕДИИ ЖУЖЕЛИЦЫ" возможно, скоро появится в ЖЖ СладкойLенты.

    ЗЛЫЕ СЕСТРЫ

    Комедия в одном действии

    Действующие лица:

    Первая злая сестра

    Вторая злая сестра

    Подкладная мать

    Золушка (Жужелица)

    Хор юношей и девушек Жужелеток

    Вечер, комната злых сестер. В большой кровати лежат злые сестры. Неподалеку от них на лежанке спит беспробудным сном Золушка.

    Часы отбивают восемь.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Дура, ты спишь?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Сама дура, не сплю.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Вот и я не сплю.

    Пауза.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Ты все думаешь?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.(вздыхает): Думаю.

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (вздыхает): Ну хорошо, давай еще раз перечитаем письмо.

    Вторая сестра достает большой розовый конверт, дрожащими руками вынимает из него розовый листочек. Из конверта выпадают лепестки роз. Обе с серьезными лицами склоняются над письмом.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: «…От Императора Волшебной Империи и прилегающих к ней всех волшебных территорий, Его Величества Фантазилиона XIV Приглашение…»

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Как, как еще раз? (мечтательно) Приглашение? Подумать только, мы приглашены во дворец!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: И кем? Самим императором!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Самим Фантазилионом!

    Слышен храп Золушки.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Вот дуреха! Спит уж вторые сутки. Она-то хоть знает, что нас пригласил сам Император на бал?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Эй! Золушка! Ты знаешь, кто такой Император? Ну там, в зале весит его портрет.

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (мечтательно вздыхает): …Такой большой в золоченой раме. А сам Император с орденами, с эполетами, с величественной осанкой восседает на коне! А вокруг сплошь розы, розы, георгины!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (гневно): Золушка!..

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Оставь ее. Где ей знать императора? На рынке его не встретишь, даже повара не посылают своих служек на рынок, у императорского стола особые поставщики. Мясо с Сицилии, Форель – из Исландии, Икра – из загадочной России.

    Золушка во сне вздыхает.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А Принц! Говорят, небо наградило его невиданной красотой! Золушка? Ты хоть знаешь, кто такой принц?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Ну что ты? Где ей слышать о принце? Разве что со слов хозяйки колбасной лавки, торгующей подспудно дешевыми атласными лентами, которая на право и на лево рассказывает, что горничная горничной горничной Принца покупает у нее немецкие колбаски!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (мечтательно): А графиня Грушёвобус утверждает, будто бы видела его профиль в проезжающем по Фантазилли Императорском кабриолете. Она говорит, что в этот момент испытала такой восторг, какой испытывают люди, приобщившиеся к вечности. Ведь через тысячу лет, говорила она, кто узнает нас в наших останках? – Все кости да черепа, да осколки фарфоровых тарелок, - а он войдет в историю, и тысячи именитейших ученых будут спорить о том, принадлежит ли найденная на королевском кладбище косточка Сильному Мира Сего. (Вздыхает) Но, возможно, то был вовсе не Принц, а премьер-министр.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Ах, все знают и Императора и Принца, разумеется, кроме нашей Золушки, она-то из-за своей лености не может отличить веник от щетки, и из-за своей глупости, не знает на какой улице мы живем, потому что и читать-то не умеет… Но кто видел этих августейших особ? Кто знаком с ними лично?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Давай же читать дальше!

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (продолжает читать розовое письмо): «…такого-то числа, такого-то года… - т.е. уже сегодня, - во столько-то все девушки Империи приглашаются на бал в честь дня рождения Принца Фантазилиона XV…»

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Ах! У меня дух замирает!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: «…чтобы Принц выбрал ту девушку, которая ему понравится…»

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Божэ! Божэ!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: «…которая станет ему законной супругой».

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Божэ!

    Обе сестры вздыхают и обнимаются в слезах. Пауза. Слышатся тихие всхлипывания сестер и приглушенный храп Золушки.

    Часы отбивают девять.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А Золушка все спит! Эй! Золушка! Ты вычистила паркет в прихожей и натерла серебреные столовые приборы покойной матушки? (Сварливо) Совсем отбилась от рук. Не помешало бы выпороть ее как следует и отправить спать на конюшню.

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (задумчиво): Может, посадить ее на цепь? Бедная Золушка! Она все спит и ничего не знает о бале во дворце!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А у меня будет восхитительное платье! Кремовое, расшитое жемчугом и украшенное великолепными астрами и бирюзовыми бусинами.

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (с завистью): А жемчуг-то, наверное турецкий, дешевый.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (с обидой): Ну а у тебя какое будет платье?

    ВТОРАЯ СЕСТРА (мечтательно): Оно будет великолепнее, чем у самой Императрицы, но тебе я не скажу какой у него фасон.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Я подглядела: чепец твой украшен Самаркандскими розами!

    ВТОРАЯ СЕСТРА (также мечтательно )…И Алжирским бисером!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Дура!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Сама дура.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Почему ты меня колешь в спину?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.:  Разве это я?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А кто?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Я не хотела говорить об этом, но, по-моему, это ты колешь меня в спину указательным пальцем.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Как? Я не хотела говорить об этом, потому что я деликатна, но, кажется, это ты колешь меня в спину пяткой все это время.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Странно, но у меня те же ощущенья, и мне казалось, что это ты. Однако с каждым разом ты становишься все настойчивее.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Но если это не ты, то чьи объятья становятся все крепче?

    Пауза. Злые сестры шарят руками под одеялом. Золушка по-прежнему храпит..

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Это твои руки? Такие отчужденные?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Это твои ласки? Такие отстраненные?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Это твое тело? Все в шелковой пелене?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Это твоя кожа? Холодная как мрамор?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Божэ, божэ!

    ВТОРАЯ/ СЕСТРА.: Божэ!

    Часы отбивают десять.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Это же подкладная мать! Как же я сразу не догадалась!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Подкладная мать!

    ОБЕ СЕСТРЫ. (плача):Бедная мамочка!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Как жаль, что мамочка покинула нас.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А мне не жаль. У нее был прескверный характер.

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Дура!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Сама дура!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Зато она-то умела строить Золушку. Просто ты-то ее никогда не любила. Зачем же ты каждую ночь зовешь подкладную мать?

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (с неожиданной грустью): А вот как представлю, что мы с тобой окажемся совсем одни, такие одинокие в огромной холодной кровати.

    Сестры обнимаются.

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (забывая себя): …а я все вспоминаю ее на смертном одре: лежит, точно живая, с румянцем на лице, а вокруг цветы и свечи, много свечей и цветов: сплошь розы, астры, георгины…

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (подхватывая): …да, совсем как на портрете Императора! Как ты думаешь, уже сегодня через несколько часов, во дворце будет много цветов?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: А в сумерках зажгут свечи! И это будут уже не похороны. И будет намного больше цветов и намного больше свечей, и тысяча девушек, влюбленных в принца (а принца невозможно не любить), будут взволновано ждать. Ждать, когда придет Он, и явит всем свое ангельское лицо.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: И тогда графиня Грушёбус сквозь пелену счастливых слез наконец сможет различить его профиль, смутно виденный когда-то на улице Фантазилли…

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: И Он выберет из тысячи только одну, возьмет ее за руку и закружит в танце, что бы потом подарить ей счастье, свою любовь и бессмертие!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Божэ, божэ!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Божэ!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А вдруг (волнительным шепотом, едва сдерживая дыхание) он выберет кого-нибудь из нас? Тебя или меня?

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Тссс! (грустно вздыхает). Даже и не мечтай!

    ЗОЛУШКА (бормоча во сне, переворачиваясь на другой бок) …любовь длится ровно три года. Три года – вот срок любой любви…

    Пауза

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (задумчиво): Ну ладно еще меня, но тебя? Ты всегда была немного бледноватой, и потом, у тебя худые руки и через чур длинный нос.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: А у тебя покатые плечи, слишком полные бедра, и совершенно нет вкуса в одежде. Подумать только: водрузить себе на голу чепец с бумажными розами!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: А твой искусственный жемчуг? Неужели ты думаешь что никто не заметит? Будешь выглядеть как сорока.

    Часы отбивают одиннадцать.

    Сестры вздрагивают, на перебой кричат: «Пора! Пора!», откидывается одеяло, и поднимается головная часть кровати. Видно, что они уже в нелепых смешных нарядах. Первая сестра обматывается искусственным неестественно крупным жемчугом, вторая надевает на голову невероятных размеров чепец с яркими бумажными розами. Обе что-то судорожно ищут в складках одеяла и достают пластмассовый розовый руль, вырывая его из рук. Наконец, руль переходит в руки второй сестре, которая начинает его крутить, пристально вглядываясь в невидимую дорогу. Видно, что в глубине кровати-кабриолета сидит закутанная в шелковые тряпки ПОДКЛАДНАЯ МАТЬ.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА. (Вырывая руль из рук второй сестры): Что так медленно! Мы опоздаем! Наверняка опоздаем к двенадцати!

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (Не выпуская руль): Ты мне чепец собьешь!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Ну и что! Он и так тебе на глаза сползает, ты же дороги не различаешь, потому и тащишься ели-ели!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: У тебя же руки все унизаны перстнями, ты и руль-то толком держать не сможешь!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Я вообще удивляюсь, как ты с таким зрением еще не врезалась в столб или, чего доброго, не сбила кого-нибудь!

    ВТОРАЯ СЕСТРА. (Нервно): Это уж совсем не возможно! Где мои капли! Прощай Принц! Прощай бессмертие! (всплескивает руками и выпускает руль).

    Кровать-кабриолет дергается, ПОДКЛАДНАЯ МАТЬ подается вперед и с грохотом выпадает из машины. Теперь видно, что это огромная фарфоровая кукла, которая в дребезги разбивается.

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Дура!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Сама дура!

    ПЕРВАЯ СЕСТРА.: Божэ, божэ!

    ВТОРАЯ СЕСТРА.: Божэ!

    В это время Золушка просыпается, резко скидывает с себя одеяло и вприпрыжку бегает по сцене. На вид это полноватая девушка с на редкость некрасивым лицом в джинсовом сарафане, отороченным неуместно и с избытком аляповатыми кружевами. Наконец она убегает в глубь сцены.

    Пауза.

    Часы отбивают двенадцать.

    Тут же зажигается яркий свет, торжественно звучат первые аккорды из музыкальной интермедии Жужелицы, в глубине стоит хор юношей и девушек Жужелеток, который сначала тихо, потом все громче поет песню из той же интермедии. Победоносно вышагивает Золушка в образе огромного уродливого насекомого – ЖУЖЕЛИЦЫ.

    ХОР ЖУЖЕЛЕТОК: Жу-жу-жужелица

    Трудится в поте лица!

    ЖУЖЕЛИЦА. (счастливо улыбаясь, произнося слова через чур разборчиво, словно делая ударение на каждом слоге): Всех всем заинтересую! Всех заинтересую, и сама заинтересуюсь!

    На заднем плане сцены появляется картонный трон, вместо мантии покрытый старым атласным одеялом.

    ЖУЖЕЛИЦА.: Всех заинтересую! И сама – заинтересуюсь!

    На встречу Жужелице выбегает девушка из хора Жужелеток с  венцом.

    ЖУЖЕЛЕТКА.: (восторженно) Спасибо! Спасибо! Я очень заинтересована! Мы все очень заинтересовались! Очень заинтересованы!

    Под торжественные голоса хора Жужелетка надевает корону на голову Жужелице. Всеми забытые на переднем плане в тени сидят съежившиеся плачущие злые сестры крепко прижимая к себе осколки ПОДКЛАДНОЙ МАТЕРИ.

    КОНЕЦ





  • “Тринадцатая Дара” Часть 33

  • Декілька нових доробків вашого покірного слуги