• “Я-начальник, Ты-дурак”

  • МЯСО


  • .
    Мне становится не по себе, когда какой-то начальник повышает голос, кричит, угрожает другому человеку, или мне.В годы войны на меня орали все кто были старше меня по званию и должности: старшие лейтенанты, капитаны, майоры...Кажется, только полковники и генералы не удостоили меня чести накричать, выговорить за какую-то провинность. И то потому, что они предпочитали отсиживаться в штабах, вдали от линии фронта.
    Орать на подчиненного, да еще и с применением матерных слов считалось тогда хорошей манерой поведения. Мол, кричу потому, что душой за дело болею. Я же был, так сказать, «интеллигентом-студентом» и обычно не приказывал солдатам что-то сделать, а просил их об этом.И они меня, как правило, не подводили. Кстати, мое начальство выматерило меня и за «неуставные отношения» во взводе.
    .В1980 я стал доктором философских наук. На меня теперь никто не смел повышать голос. Но появилась другая форма окрика-критика того, что мной написано. Очень неприятно, когда текст, который тобой выстрадан, разносят в пух и прах разного рода рецензенты. Иногда они подписывались. Часто предпочитали оставаться неизвестными. И от этого автору рукописи, т.е мне было нелегче.Тебя ругают, а кто-неизвестно. Такая участь, например, постигла мою рукопись о положении дел на Челябинском тракторном заводе. Несколько лет мы-группа социологов проводили соответствующие конкретные исследования на этом заводе. Я был руководителем группы. Мы опросили с помощью анкет и интервью несколько тысяч рабочих, сотни мастеров, десятки руководителей производства разных рангов.И по итогам этой многолетней работы я написал рукопись и отдал ее в Южно-уральское книжное издательство. Текст послали на рецензию в Госкомпечати, в Москву. Через несколько месяцев издательство получило отзыв. Он был разносный. Рецензент писал, что автор «клевещет на социалистический строй, заявляя, что в чугунолитейном цехе завода плохая вентиляция и рабочие после нескольких лет работы заболевают силикозом и вскоре умирают. Автор также, несомненно, лжет, утверждая, что рабочие-женщины, ввиду отсутствия малой механизации, вынуждены претаскивать тяжелые детали вручную и они утрачивают возможность рожать. Разве автор не знает, что при социализме все делается во имя человека и для его блага». Вот такая «критика» на 3 страницах машинописного текста. Естественно, ни о какой публикации после такого критического окрика не могло быть и речи.
    1991 год. Челябинск. В отделе магазина «Гастроном», который обслуживал ветеранов войны, продается заморский деликатес-куриные ножки. В Челябинске их прозвали «ножками Буша». Подходит очередь пожилого мужчины на костылях. По норме ему полагается 2 килограмма ножек. В пакете, который ему передала продавщица, 5 ножек и весят они 1 килограмм 750 грамм. До нормы не хватает 250 грамм. Продавец вкладывает в пакет шестую ножку. Но тогда возникает перевес на 300 грамм. Ножка выбирается из пакета. Покупатель настаивает, чтобы ее положили. Продавец не соглашается и орет на ветерана: «Вас много и все хотят, чтобы я дала. А тогда на всех не хватит...». Чтож, она теперь начальник и имеет право орать на ветерана.Я ушел и не знаю чем закончился спор. Мне было стыдно за продавщицу, которая наслаждалась своей властью над искалеченными войной людьми. Мне было стыдно и за ветерана, который унижено просил «осчастливить» его еще одной «ножкой Буша».

    В Америку наша семья уехала в 1992 году. Здесь -в Новом Свете я, как и другие, утратил все свои степени, звания, должности и приобрел взамен новый статус: «американца, получателя социального пособия, посещающего оздоровительный Центр «Менора Парк». Здесь в Центре на меня опять накричали. Как это было? Я нарушил какое-то правило внутреннего распорядка и руководительница русской группы-молодая женщина- на повышенных тонах выругала меня 88 летнего человека. Правда, потом она извинилась. Полагаю, что больше кричать на меня уже не будут, хотя я опять стал подчиненным у которого много начальников.






  • “Я-начальник, Ты-дурак”

  • МЯСО