• “Тринадцатая Дара” Часть 33

  • “Тринадцатая Дара” Часть 16


  • =32= СРЕДА/четверг =

    …и наконец-то стянул с головы капюшон, до половины скрывающий лицо.

    Темные длинные волосы стянуты в хвост, мощные надбровные дуги, крупный хищный нос, безгубый рот, ввалившиеся щёки.

    Потом он как-то очень быстро скользнул на колени и через секунду уже лежал крестом, раскинув руки и уткнувшись лбом в сапоги Мартина.

    -- Прости, брат, -- глухо проговорил он в пол.

    Мартин молчал…

     

    Фарид зашевелился и сел на постели.

    -- Грачик… -- прошептал он, -- что случилось? Я не чувствую тебя…

    Выпав из оцепенения, я подошла к мальчику и посадила его на колени, укутав одеялом.

    -- Ты дрожишь, -- так же шёпотом сказал он.

    -- Холодно, малыш…

    -- Холодно… Как тебя зовут?

    -- По-разному… Чаще всего Леной.

    -- Хорошо. Я совсем ничего сейчас не слышу… скажи, что происходит?

    -- Понимаешь… оказывается, мой спутник, Мартин… и твой друг Грачик -- знакомы. Представляешь?

    -- Вполне… что ж тут странного, что ангелы знакомы между собой… даже если некоторые из них временно не носят крыльев… Отчего они так страшно молчат? Даже дыхания не слышно… Лена… они еще здесь?

    -- Не знаю… я вижу их тела… но здесь ли они…

    -- Расскажи… покажи мне, -- горячие пальцы сжали мою ладонь.

    -- Мартин сидит в кресле-качалке… крылья сложены за спиной… и поэтому сразу не видно… что он -- ангел. У него закрыты глаза и опущена голова. Ладони сцеплены в замок… Перед ним на полу, лицом вниз, крестом… ты знаешь, что значит «крестом»? -- мальчик кивнул. -- Так вот… перед ним крестом лежит Грати. С тех пор, как он так лёг и сказал «Прости, брат» прошло около двадцати минут… Они оба не шевелятся… Но мне кажется, что они не молчат… Мы просто не можем их слышать…

    -- Отчего ты плачешь?

    -- Оттого, что мне почему-то очень больно, малыш.

    -- У тебя болит тело?

    -- Нет. Болит внутри.

    -- Там, где у людей сердце?

    -- У людей?.. Да, Фарид… именно там, где у людей -- сердце…

    -- Хочешь, я открою тебе секрет?

    -- Открой, -- я попыталась улыбнуться.

    Мальчик взял мою ладонь и приложил к своей цыплячьей тощей груди. Ощущение было жутковатым. Тишина.

    -- Слышишь? -- я покачала головой. -- Вот именно. У меня нет сердца. У Грачика оно бьётся иногда так сильно, что заглушает его голос. А у меня здесь всегда тихо… Он часто говорит: «Сердце подсказывает, не по сердцу…» Скажи… а сердце и… душа… они вместе?

    -- У кого как… Знаешь, сердце -- это мышца, которая заставляет кровь бежать по венам… Не больше… Остальное -- душа…

    -- Это у ангелов?

    -- Малыш… мы совсем не ангелы… Я родилась, выросла и прожила сорок лет в этом мире. Только в другом городе…

    -- Но у тебя крылья…

    -- Так же, как у людей -- ноги… Я ими летаю… как люди ходят. Вот и вся разница.

    -- А Мартин?

    -- Мартин -- другой. Он родом из Пристаней… У него всегда были крылья… даже когда он жил в этом мире. И он всегда был -- другим… Может быть его сердце и душа -- вместе… А откуда ты, Фарид?

    -- Я не знаю, -- мальчик слегка пожал плечиками, -- иногда мне снятся сны. Странные… Большие, светящиеся в темноте фигуры, берут меня за руку и ведут куда-то… куда-то, где я уже никогда не буду один, где я буду такой, как все вокруг. Там так хорошо… оттуда пахнет цветами и мёдом… и слышно, как поют птицы. И я прошу забрать Грачика и Соньку… но они говорят… они говорят невыразимо прекрасными голосами… И голоса их настолько прекрасны, но я даже не понимаю сразу, что именно они говорят… Но потом услышиваю… «Это отработанный материал. Они больше не нужны тебе» Тогда я вырываюсь и убегаю… А они смотрят мне вслед, и я чувствую их взгляды, как жидкий огонь… И даже когда я просыпаюсь… я все равно слышу: «ты вернешься»

    -- А… ты не хочешь возвращаться?

    -- Там мой дом. Но я не могу оставить здесь Грачика и Соньку… они мои друзья. Скажи… что они делают сейчас?

    -- Ничего, малыш… всё без изменений…

    -- Нет… я уже слышу Грачика… очень слабо, но слышу…

    Через несколько минут кронг шевельнулся. Поднял лицо, расцепил пальцы.

    -- Прощаю.

    Грати приподнялся с пола, но остался стоять на коленях.

    -- И ты отведешь меня в Пристани?

    -- Да.

    -- Мартин…

    -- Не надо, Грати. Я простил. Но смогу ли забыть?..

    Кронг рывком встал из кресла и пошел к выходу.

    -- Мартин! Прости, малыш… -- я осторожно пересадила Фарида на матрас и подошла к замершему в дверях кронгу. -- Я с тобой…

     

    Мы поднялись по лестнице до чердака и выбрались на крышу. Дождь прекратился.

    Мартин расправил крылья, молча прижал меня спиной к себе и очень медленно взлетел.

    -- Смотри… вон там -- Адмиралтейство… а вон там -- Исаакиевский собор… Хочешь, долетим до Исаакия?

    -- Нет…

    -- Почему?

    -- Потому что я ленива и нелюбопытна…

    -- А чего ты хочешь?

    -- Сидеть с тобой рядом и молчать… или слушать тебя…

    -- И всё?

    -- Да…

    -- Холодно здесь…

    -- Тебе лучше?

    -- Да.

    -- Мы вернемся туда?

    -- Конечно. Грати знает, где искать Ласку.

    -- Да??!

    -- Да… Но, боюсь, что нам это не понравится…

    -- Почему? Мартин… Где она?

    -- Лен, я боюсь ошибиться… давай подождем до завтрашнего вечера… точнее, уже до сегодняшнего…

    -- Мартин…

    -- Лен, я не буду говорить об этом…

    -- Почему?..

    -- Да потому что -- больно! -- выкрикнул он. -- Мы вместе уходили из Пристаней… и вместе пришли сюда… Всё! Не надо!

    -- Хорошо. Успокойся… ты не обязан ничего объяснять…

     

    На крыше нас ждал Грати.

    -- Мальчик думает, что вы уже не вернетесь…

    -- Не думаю… Мальчик знает и слышит больше нас всех, вместе взятых, -- ответил Мартин.

    -- Но…

    -- Он просто хотел, чтоб ты оставил его одного…

    -- Зачем?

    -- Кто поймёт бога? -- философски-язвительно вопросил кронг.

    -- Почему -- бога? -- Грати даже глаза из-под бровей выпростал от удивления.

    -- Ай, да ладно… проехали…

    -- Угу… ну, пошли домой?

    -- Не, рано еще… минут через десять… пойдем.

    Грати присел на корточки и обхватил себя ладонями за локти.

    -- Где ты собираешься искать Ласку, -- воспользовалась я паузой.

    -- Да есть тут… пара-тройка мест… пробить кое-что надо… по старым связям.

    -- Кстати, -- перебил его Мартин, -- ты как давно в Питере околачиваешься?

    Грати чуть скривился от тона, но ответил:

    -- Да уже лет двести… или чуть больше…

    -- В одном городе? И не боишься?

    -- Знаешь… мне всё равно…

    Повисло молчание.

    Скрипнула чердачная дверь. Фарид, не выходя на крышу, сказал:

    -- Пойдемте домой… Одному там холодно… и… я хочу спать. И ещё… я выпил всё молоко… на завтра совсем ничего не осталось…

    -- Это ерунда. Принесу ещё. Утром. Ты проснешься, а я уже молоко принес, -- и столько было тепла в голосе Грати…

    -- Нет… когда я проснусь, ты, пожалуйста, будь рядом… А молоко… потом…

    Они медленно спускались по темной лестнице, тихо переговариваясь…

     

    Перед спящим волком стояла миска с явными молочными следами… М-да… То-то мне показалось странным, что дитя в одиночку справилось с двумя литровыми пакетами молока… Фрага дернул лапой и приоткрыл хитрый синий глаз.


  • “Тринадцатая Дара” Часть 33

  • “Тринадцатая Дара” Часть 16