• 48 ЧАСОВ музыкального андеграунда / Evil Electro / Выбор очевиден!

  • сводка за февраль


  • Прекрасная баллада Роберта Льюиса Стивенсона. Известна всем с детства по переводам Корнея Чуковского и Самуила Яковлевича Маршака. Сюжет о храбрых маленьких пиктах, избравших смерть, но не открывших свой секрет шотландскому убийце их сородичей, до сих пор бередит какие-то струны у меня внутри. Как-то даже комок в горле.

    From the bonny bells of heather,
    They brewed a drink long syne,
    Was sweeter far than honey,
    Was stronger far than wine.
    They brewed it and they drank it,
    And lay in blessed swound,
    For days and days together,
    In their dwellings underground.
    There rose a King in Scotland,
    A fell man to his foes,
    <!-- CUT -->He smote the Picts in battle,
    He hunted them like roes.
    Over miles of the red mountain
    He hunted as they fled,
    And strewed the dwarfish bodies
    Of the dying and the dead.
    Summer came in the country,
    Red was the heather bell,
    But the manner of the brewing,
    Was none alive to tell.
    In graves that were like children's
    On many a mountain's head,
    The Brewsters of the Heather
    Lay numbered with the dead.
    The king in the red moorland
    Rode on a summer's day;
    And the bees hummed and the curlews
    Cried beside the way.
    The King rode and was angry,
    Black was his brow and pale,
    To rule in a land of heather,
    And lack the Heather Ale.
    It fortuned that his vassals,
    Riding free upon the heath,
    Came on a stone that was fallen
    And vermin hid beneath.
    Roughly plucked from their hiding,
    Never a word they spoke:
    A son and his aged father -
    Last of the dwarfish folk.
    The king sat high on his charger,
    He looked down on the little men;
    And the dwarfish and swarthy couple
    Looked at the king again.
    Down by the shore he had them:
    And there on the giddy brink -
    "I will give thee life ye vermin,
    For the secret of the drink."
    There stood the son and father
    And they looked high and low;
    The heather was red around them,
    The sea rumbled below.
    And up spoke the father,
    Shrill was his voice to hear:
    "I have a word in private,
    A word for the royal ear.
    "Life is dear to the aged,
    And honour a little thing;
    I would gladly sell the secret",
    Quoth the Pict to the King.
    His voice was small as a sparrow's,
    And shrill and wonderful clear:
    "I would gladly sell my secret,
    Only my son I fear.
    "For life is a little matter,
    And death is nought to the young;
    And I dare not sell my honour,
    Under the eye of my son.
    Take him, O king, and bind him,
    And cast him far in the deep;
    And it's I will tell the secret
    That I have sworn to keep."
    They took the son and bound him,
    Neck and heels in a thong,
    And a lad took him and swung him,
    And flung him far and strong
    And the sea swallowed his body,
    Like that of a child of ten;
    And there on the cliff stood the father,
    Last of the dwarfish men.
    "True was the word I told you:
    Only my son I feared;
    For I doubt the sapling courage,
    That goes without the beard.
    But now in vain is the torture,
    Fire shall not avail:
    Here dies in my bosom
    The secret of the Heather Ale."

    Вересковое пиво, перевод Николая Чуковского, 1935

    Рвали твердый красный вереск
    И варили из него
    Пиво крепче вин крепчайших,
    Слаще меда самого.
    Это пиво пили, пили
    И на много дней потом
    В темноте жилищ подземных
    Засыпали дружным сном.

    Но пригёл король шотландский,
    Беспощадный для врагов,
    Он разбил отряды пиктов
    И погнал их, как козлов.
    По крутым багровым скалам
    Он за ними вслед детел
    И разбрасывал повсюду
    Груды карликовых тел.

    Снова лето, снова вереск
    Весь в цвету, - но как ту быть,
    Еоль живые не умеют
    Пива сладкого варить?
    В детских маленьких могликах
    Нахолме и под холмом
    Все, кто знал, как варят пиво,
    Спят навеки мертвым сном.

    Вот король багряным полем
    Скачет в душный летни зной,
    Слышит сытых пчёл гуденье,
    Пень пташек над собой.
    Он угрюм и недоволен.
    Что печальней может быть -
    Править вересковым царством,
    Пива ж сладкого не пить.
    Вслед за ним вассалы скачут
    Через вереск. Вдруг глядят:
    За огромным серым камнем
    Двое карликов сидят.
    Вот их гонят и хватают.
    В плен попали наконец
    Двое карликов последних -
    Сын и с ним старик отец.

    Сам король к ним подъезжает
    И глядит на малышей -
    На корявый, черноватых
    Хилых маленьких людей.
    Он ведет их прямо к морю,
    На скалу, и молвит: - Я
    Подарю вам жизнь за тайну,
    Тайну сладкого питья.

    Сын с отцом стоят и смотрят:
    Край небес широк, высок.
    Жарко вереск пламенеет,
    Море плещется у ног.
    И отец внезапно просит
    Резким, тонким голоском:
    - Разрешите мне тихонько
    Пошептаться с королём.

    Жизнь для старца стоит много,
    Ничего не стоит стыд.
    Я тебе открою тайну, -
    Старый карлик говорит.
    Голос тонкий, воробьиный,
    Тихо шепчет в тишине:
    - Я тебе открою тайну,
    Только сына страшно мне.

    Жизнь для юных стоит мало,
    Смерть не стоит ничего,
    Все открыл бы я, но стыдно,
    Стыдно сына моего.
    Ты свяжи его покрепче
    И шивырни в пучину вод!
    Я тогда открою тайну,
    Что хранил мой бедный род.

    Вот они связали сына,
    Шею к пяткам прикрутив,
    И швырнули прямо в воду,
    В волн бушующий прилив.
    И его пожрало море,
    И остался на скале
    Лишь отец старик - последний
    Карлик-пикт на всей земле.

    -Я боялся только сына,
    Потому что, знаешь сам,
    Трудно чувстовать доверье
    К безбородым храбрецам.
    А теперь готовьте пытки.
    Ничего не выдам я,
    И навек умрет со мною
    Тайна сладкого питья.

    Вересковый мед: Шотландская баллада. Перевод С.Я.Маршака

    Из вереска напиток
    Забыт давным-давно.
    А был он слаще мёда,
    Пьянее, чем вино.

    В котлах его враили
    И пили всей семьей
    Малютки-медовары
    В пещерах под землёй.

    Пришёл король шотландский,
    Безжалостный к врагам,
    Погнал он бедных пиктов
    К скалистым берегам

    На вересковом поле,
    На поле боевом
    Лежал живой на мертвом
    И мертвыый - на живом.

    Лето в стране настало,
    Вереск опять цветёт,
    Но некому готовить
    Вересковый мёд.

    В своих могилках тесных,
    В горах родной земли
    Малютки-медовары
    Приют себе нашли.

    Король по склону едет
    Над морем на коне,
    А рядом реют чайки
    С дорогой наравне.

    Король глядит угрюмо:
    "Опять в моём краю
    Цветёт медвяный вереск,
    А мёда я не пью!"

    Но вот его вассалы
    Приметили двоих
    Последних медоваров,
    Оставшихся в живых.

    Вышли они из-под камня,
    Щурясь на белый свет, -
    Старый горбатый карлик
    И мальчик пятнадцати лет.

    К берегу моря крутому
    Их привели на допрос,
    Но ни один из пленных
    Слова не произнёс.

    СИдел король шотландский,
    Не шевелясь в седле,
    А маленькие люди
    Стояли на земле.

    Гневно король промолвил:
    Пытка обоих ждёт,
    Если не скажете, черти,
    Как вы готовили мёд!

    Сын и отец молчали,
    Стоя у края скалы.
    Вереск звенел над ними,
    В море катились валы...

    Но вот голосок раздался:
    - Слушай, шотландский король,
    Поговрить с тобою
    С глазу на глаз позволь!

    Старость боится смерти.
    Жизнь я изменой куплю,
    Выдам заветную тайну! -
    Карлик сказал королю.

    Голос его воробьиный
    Резко и четко звучал:
    - Тайно давно бы я выдло,
    Если бы сын не мешал!

    Мальчику жизни не жалко,
    Гибель ему нипочём.
    Мне продавать свою совесть
    Совестно будет при нём.

    Пускай его крепко свяжут
    И бросят в пучину вод,
    И я научу шотландцев
    Готовить старинный мёд!

    Сильный шотландский воин
    Мальчика крепко связал
    И бросил в открытое соре
    С прибрежных отвесных скал.

    Волны над ним сомкнулись.
    Замер последний крик.
    И эхом ему ответил
    С обрыва отец-старик:

    - Правду сказал, я, шотландцы,
    От сына я ждал беды.
    Не верил я в стойкость юных,
    Не бреющих бороды.

    А мне костёр не страшен.
    Пускай со мной умрёт
    Моя святая тайна -
    Мой вересковый мёд!

    Видимо, не одну меня баллада трогает, потому что вариантов исполнения - МНОЖЕСТВО. Хотя все похожи. Вот несколько:

    Есть даже такое)):

    Мне, правда, мил этот:

    http://vkontakte.ru/note18055057_11110484















































































































































































































































  • 48 ЧАСОВ музыкального андеграунда / Evil Electro / Выбор очевиден!

  • сводка за февраль