• Преподобная Александра Дивеевская

  • душевное состояние…


  • "БАБКА"

    Бабка была тучная, широкая, с мягким, певучим голосом. В старой вязанной кофте, с подоткнутой за пояс юбкой расхаживала она по комнатам, неожиданно появляясь перед глазами как большая тень.
    -Всю квартиру собой заполнила !… - ворчал Борькин отец .
    А мать робко возражала ему :
    - Старый человек … Куда же ей деться ?
    - Зажилась на свете …- вздыхал отец. - В инвалидном доме ей место - вот где! Все в доме, не исключая и Борьки , смотрели на бабку как на совершенно лишнего человека.
    Бабка спала на сундуке.
    Всю ночь она тяжело ворочалась с боку на бок, а утром вставала раньше всех и гремела в кухне посудой . Потом будила зятя и дочь :
    - Самовар поспел . Вставайте ! Попейте горяченького - то на дорожку …
    Подходила к Борьке :
    -Вставай, батюшка мой , в школу пора !
    - Зачем ? - сонным голосом спрашивал Борька .
    - В школу зачем ? Темный человек глух и нем - вот зачем !
    Борька прятал голову под одеяло :
    - Иди ты , бабка …
    - Я-то пойду, да мне не к спеху, а вот тебе к спеху.
    - Мама ! - кричал Борька .- Чего она тут гудит над ухом , как шмель ?
    - Боря, вставай ! - стучал в стенку отец .- А вы, мать, отойдите от него , не надоедайте с утра .
    Но бабка не уходила. Она натягивала на Борьку чулки, фуфайку. Грузным телом колыхалась перед его кроватью, мягко шлепала туфлями по комнатам, гремела тазом и все что-то приговаривала. В сенях отец шаркал веником.
    - А вы, мать, куда галоши дели ? Каждый раз во все углы тыкаешься из-за них! Бабка торопилась к нему на помощь.
    - Да вот они, Петруша, на самом виду. Вчерась уж грязны были, я их обмыла и поставила.
    Отец хлопал дверью. За ним торопливо выбегал Борька. На лестнице бабка совала ему в сумку яблоко или конфету, а в карман чистый носовой платок.
    - Да ну тебя ! - отмахивался Борька.- Раньше не могла дать! Опаздываю вот … Потом уходила на работу мать.
    Она оставляла бабке продукты и уговаривала ее не тратить лишнего:
    - Поэкономней, мама. Петя и так сердится: у него ведь четыре рта на шее.
    - Чей род- того и рот, - вздыхала бабка.
    - Да я не о вас говорю!- смягчалась дочь.- Вообще расходы большие. Поаккуратнее, мама с жирами. Боре пожирней, Пете пожирней … Потом сыпались на бабку другие наставления. Бабка принимала их молча, без возражений. Когда дочь уходила, она начинала, мыла, варила, потом вынимала из сундука спицы и вязала.
    Спицы двигались в бабкиных пальцах то быстро, то медленно - по ходу ее мыслей.
    - Иногда совсем останавливались, падали на колени, и бабка качала головой :
    - Так-то, голубчики мои … Не просто жить на свете!
    Приходил из школы Борька, сбрасывал на руки бабке пальто и шапку, швырял на стул сумку с книгами и кричал:
    - Бабка, поесть !
    Бабка прятала вязанье, торопливо накрывала на стол и, скрестив на животе руки, следила , как Борька ест . В эти часы как-то невольно Борька чувствовал бабку своим, близким человеком. Он охотно рассказывал ей об уроках, товарищах. Бабка слушала его любовно, с большим вниманием, приговаривая:
    - Все хорошо, Борюшка: и плохое и хорошее хорошо. От плохого человек крепче делается, от хорошего душа у него зацветает. Иногда Борька жаловался на родителей:
    - Обещал отец портфель. Все пятиклассники с портфелями ходят!
    Бабка обещала поговорить с матерью и выговаривала Борьке портфель. Наевшись, Борька отодвигал от себя тарелку:
    - Вкусный кисель сегодня! Ты ела, бабка?
    - Ела, ела,- кивала головой бабка.- Не заботься обо мне, Борюшка, я, спасибо, сыта и здрава.
    Потом вдруг, глядя на Борьку выцветшими глазами, долго жевала она беззубым ртом какие-то слова. Щеки ее покрывались рябью, и голос понижался до шепота:
    - Вырастешь, Борюшка, не бросай мать, заботься о матери. Старое - что малое. В старину говаривали: трудней всего три вещи в жизни - богу молиться, долги платить да родителей кормить. Так- то, Борюшка, голубчик !
    - Я мать не брошу. Это в старину, может, такие люди были, а я не такой!
    - Вот и хорошо, Борюшка! Будешь поить - кормить да подавать с ласкою? А уж бабка твоя на это с того света радоваться будет.
    - Ладно. Только мертвой не приходи,- говорил Борька. После обеда, если Борька оставался дома, бабка подавала ему газету и, присаживаясь рядом, просила:
    - Почитай что-нибудь из газеты, Борюшка: кто живет, а кто мается на белом свете.
    - "Почитай" - ворчал Борька. - Сама не маленькая!
    - Да что ж, коли не умею я. Борька засовывал руки в карманы и становился похожим на отца. - Ленишься! Сколько я тебя учил? Давай тетрадку! Бабка доставала из сундука тетрадку, карандаш, очки. - Да зачем тебе очки? Все равно ты буквы не знаешь.
    - Все как-то явственней в них, Борюшка. Начинался урок. Бабка старательно выводила буквы -"ш" и "т" не давались ей никак .
    - Опять лишнюю палку приставила ! - сердился Борька.
    - Ох - пугалась бабка. - Не сосчитаю никак .
    - Хорошо, ты при советской власти живешь, а то в царское время знаешь как тебя драли бы за это? Мое почтение!
    - Верно, верно, Борюшка. Бог- судья, солдат - свидетель . Жаловаться было некому. Со двора доносился визг ребят.
    - Давай пальто, бабка, скорей, некогда мне! Бабка опять оставалась одна.
    Поправив на носу очки, она осторожно развертывала газету, подходила к окну и долго, мучительно вглядывалась в черные строки. Буквы, как жучки, то расползались перед глазами, то натыкаясь друг на дружку, сбивались в кучу. Неожиданно выпрыгивала откуда-то знакомая трудная буква. Бабка поспешно зажимала ее толстым пальцем и торопилась к столу.
    - Три палки…три палки,- радовалась она.
    Досаждали бабке забавы внука . то летали по комнате белые, как голуби, вырезанные из бумаги самолеты. Описав под потолком круг, они застревали в масленке, падали на бабкину голову. То являлся Борька с новой игрой - в " чеканочку " Завязав в тряпочку пятак, он бешено прыгал по комнате, подбрасывая его ногой. При этом, охваченный азартом игры, он натыкался на все окружающие предметы. А бабка бегала за ним и растерянно повторяла:
    - Батюшки, батюшки … Да что же это за игра такая? Да ведь ты все в доме переколотишь.
    - Бабка, не мешай! - задыхался Борька.
    - Да ногами - то зачем, голубчик? Руками - то безопасней ведь.
    - Отстань, бабка! Что ты не понимаешь? Ногами надо.
    Пришел к Борьке товарищ. Товарищ сказал:
    - Здравствуйте, бабушка! Борька весело подтолкнул его локтем: - Идем, идем! Можешь с ней не здороваться. Она у нас старая старушенция. Бабка одернула кофту, поправила платок и тихо пошевелила губами:
    - Обидеть - что ударить, приласкать - надо слова искать. А в соседней комнате товарищ говорил Борьке.- А с нашей бабушкой всегда здороваются. И свои, и чужие. Она у нас главная.
    - Как это - главная ? - заинтересовался Борька.
    - Ну, старенькая … всех вырастила. Ее нельзя обижать. А что же ты со своей - то так? Смотри, отец взгреет за это.
    - Не взгреет ! - нахмурился Борька. - Он сам с ней не здоровается. Товарищ покачал головой.
    - Чудно! Теперь старых все уважают. Советская власть знаешь как за них заступается. Вот у одних в нашем дворе старичку плохо жилось, так ему теперь они платят. Суд постановил. А стыдно-то как перед всеми, жуть!
    - Да мы свою бабку не обижаем, - покраснел Борька. - Она у нас … сыта. Здрава. Прощаясь с товарищем,
    Борька задержал его у дверей.
    - Бабка, - нетерпеливо крикнул он,- иди сюда!
    - Иду, иду! - заковыляла из кухни бабка.
    - Вот,- сказал товарищу Борька,- попрощайся с моей бабушкой. После этого разговора Борька часто ни с того ни с сего спрашивал бабку:
    - Обижаем мы тебя? А родителям говорил:
    - Наша бабка лучше всех, а живет хуже всех - никто о ней не заботится.
    Мать удивлялась, а отец сердился:
    - Кто это тебя научил родителей осуждать? Смотри у меня - мал еще ! И, разволновавшись, набрасывался на бабку:
    - Вы, что ли, мамаша, ребенка учите? Если недовольны нами, могли бы сами сказать
    Бабка, мягко улыбаясь, качала головой: - Не я учу - жизнь учит. А вам бы, глупые, радоваться надо. Для вас сын растет! Я свое отжила на свете, а ваша старость впереди. Что убьете, то не вернете.
    Перед праздником возилась бабка до полуночи в кухне. Гладила, чистила, пекла. Утром поздравляла домашних подавала чистое глаженное белье, дарила носки, шарфы, платочки. Отец, примеряя носки, кряхтел от удовольствия. - Угодили вы мне, мамаша! Очень хорошо, спасибо вам, мамаша! Борька удивлялся: - Когда это ты навязала, бабка? Ведь у тебя глаза старые - еще ослепнешь! Бабка улыбалась морщинистым лицом. Около носа у нее была бородавка. Борьку эта бородавка забавляла.
    - Какой петух тебя клюнул? - смеялся он. - Да вот выросла, что поделаешь!
    Борьку вообще интересовало бабкино лицо. Были на этом лице разные морщины: Глубокие, мелкие, тонкие, как ниточки, и широкие, вырытые годами. - Чего это ты такая разрисованная? Старая очень?- спрашивал он?
    Бабка задумалась.

    - Иди ты, бабка! ворчал он. - Наговоришь всегда глупостей …
    Когда в доме бывали гости, наряжалась бабка в чистую ситцевую кофту, белую с красными полосками, и чинно сидела за столом. При этом следила она в оба глаза за Борькой, а тот, делая ей гримасы, таскал со стола конфеты. У бабки лицо покрывалось пятнами, но сказать при гостях она не могла. Подавая на стол, дочь и зять делали вид, что мамаша занимает в доме почетное место, чтобы люди плохого не сказали. Зато после ухода гостей бабке доставалось за все:
    и за почетное место, и за Борькины конфеты
    - Я вам, мамаша, не мальчик, чтобы за столом подавать, - сердился Борькин отец.
    - И если уж сидите, мамаша, сложа руки, то хоть за мальчишкой приглядели бы: ведь все конфеты потаскал! - добавляла мать.
    - Да что же я с ним сделаю - то, милые мои, когда он при гостях вольным делается
    - Что спил, что съел - царь коленом не выдавит, - плакалась бабка.
    В Борьке шевелилось раздражение против родителей, и он думал про себя: " Вот будете старыми, я вам покажу тогда! "
    Была у бабки заветная шкатулка с двумя замками, никто из домашних не интересовался этой шкатулкой. И дочь, и зять хорошо знали, что денег у бабки нет. Прятала в ней бабка какие-то вещицы " на смерть ". Борьку одолевало любопытство.
    - Что у тебя там, бабка ?
    - Вот помру - все ваше будет! - сердилась она. - Оставь ты меня в покое, не лезу я к твоим-то вещам!
    Раз Борька застал бабку спящей в кресле. Он открыл сундук, взял шкатулку и заперся в своей комнате. Бабка проснулась, увидала открытый сундук, охнула и припала к двери. Борька дразнился, гремя замками :
    - Все равно открою! ..
    Бабка заплакала, отошла в свой угол, легла на сундук. Тогда Борька испугался, открыл дверь, бросил ей шкатулку и убежал.
    - Все равно возьму у тебя, мне как раз такая нужна, - дразнился он потом.
    За последнее время бабка вдруг сгорбилась, спина у нее стала круглая, ходила она тише и все присаживалась.
    - В землю врастает,- шутил отец.
    - Не смейся ты над старым человеком,- обижалась мать. А бабке в кухне говорила:
    - Что это вы, мама, как черепаха, по комнате двигаетесь? Пошлешь вас за чем-нибудь и назад не дождешься
    Умерла бабка перед майским праздником. Умерла одна, сидя в кресле с вязаньем в руках. Лежал на коленях недоконченный носок, на полу - клубок ниток. Ждала, видно, Борьку. Стоял на столе готовый прибор. Но обедать Борька не стал. Он долго глядел на мертвую бабку и вдруг опрометью бросился из комнаты. Бегал по улицам и боялся вернуться домой . А когда осторожно открыл дверь, отец и мать были уже дома. Бабка, наряженная, как для гостей, - в белой кофте с красными полосками, лежала на столе. Мать плакала, а отец вполголоса утешал ее:
    - Что же делать? Пожила, и довольно. Мы ее не обижали, терпели и неудобства, и расход.
    В комнату набились соседи. Борька стоял у бабки в ногах и с любопытством рассматривал ее. Лицо у бабки было обыкновенное, только бородавка побелела, а морщин стало меньше.
    Ночью Борьке стало страшно : он боялся, что бабка слезет со стола и подойдет к его постели. " Хоть бы унесли ее скорее! " - думал он. На другой день бабку схоронили.
    Когда шли на кладбище, Борька беспокоился, что уронят гроб, а когда заглянул в глубокую яму, то поспешно спрятался за спину отца.
    Домой шли медленно. Провожали соседи. Борька забежал вперед, открыл свою дверь и на цыпочках прошел мимо бабкиного кресла. Тяжелый сундук, обитый железом, выпирал на середину комнаты, теплое лоскутное одеяло и подушка были сложены в углу. Борька постоял у окна, поковырял пальцем прошлогоднюю замазку и открыл дверь в кухню.
    Под умывальником отец, засучив рукава, мыл галоши, вода затекала на подкладку, брызгала на стены. Мать гремела посудой. Борька вышел на лестницу, сел на перила и съехал вниз. Вернувшись со двора, он застал мать сидящей перед сундуком. На полу была свалена всякая рухлядь. Пахло залежавшимися вещами. Мать вынула смятый рыжий башмачок и осторожно расправила его пальцами. - Мой еще - сказала она. И низко наклонилась над сундуком.- Мой …
    На самом дне загремела шкатулка. Борька присел на корточки. Отец потрепал его по плечу:
    - Ну что же, наследник, разбогатеем сейчас!
    Борька искоса взглянул на него: - Без ключей не открыть, - сказал он и отвернулся. Ключей долго не могли найти: они были спрятаны в кармане бабкиной кофты. Когда отец встряхнул кофту и ключи со звоном упали на пол, у Борьки отчего-то сжалось сердце.
    Шкатулку открыли. Отец вынул тугой сверток: в нем были теплые варежки для Борьки, носки для зятя и безрукавка для дочери. За ними следовала вышитая рубашка из старинного выцветшего шелка - тоже для Борьки. В самом углу лежал пакетик с леденцами, перевязанный красной ленточкой. На пакетике что-то было написано большими печатными буквами .
    Отец повертел его в руках, прищурился и громко прочел:
    " Внуку моему Борюшке . Борька вдруг побледнел , вырвал у него пакет и убежал на улицу . Там , присев у чужих ворот, долго вглядывался он в бабкины каракули: " Внуку моему Борюшке ".
    В букве " ш " было четыре палочки. " Не научилась !" - подумал Борька. И вдруг, как живая, встала перед ним бабка - тихая, виноватая, не выучившая урока.
    Борька растерянно оглянулся на свой дом и, зажав в руке пакетик, побрел по улице вдоль чужого длинного забора.
    Домой он пришел поздно вечером; глаза у него распухли от слез, к коленкам пристала свежая глина.
    Бабкин пакетик он положил к себе под подушку и, закрывшись с головой одеялом, подумал: " Не придет утром бабка! "
    © © ©























































































































  • Преподобная Александра Дивеевская

  • душевное состояние…