• МЯСО

  • Грузинский мастер-класс Ловыгина и Семоненко


  • За пустыми квадратами веранды –  проспект, вечерний город. Он вечно куда-то спешит, мельтеша огнями в зрачках. Люди тоже спешат, уверенно шагая навстречу друг другу. На столе – две чашки кофе, табак, обёрнутый в бумагу, зажигалка и пепельница. Запах чёрного кофе со сладким сиропом и вьющийся кругами дым не затушенной сигареты. Кофе приносят в закрытом стеклянном сосуде, а рядом ставят совсем небольшую чашечку, чайную ложку и два кубика сахара.

    Наливаешь себе чёрного напитка, и ноздри втягивают потрясающий запах. Незнакомые люди, которые сидят в двух шагах от тебя за соседним столиком - говорят, читают, работают, что-то пишут и пьют кофе с молоком или карамельным сиропом, а может быть чай с мятой. Мы приходим сюда всегда вечером, к концу дня, когда на улицах уже темно, а день наваливается приятной усталостью. Мы сидим и говорим, рассказываем и обсуждаем жизнь, любовь, кино и литературу. Мы наслаждаемся атмосферой, тускло освещённой верандой, согревающим руки чаем, который остывает на столе или матэ, с его горькими листьями, попадающими в рот вместе с напитком. Мой взгляд то и дело обращается к стоящей неподалеку официантке, которая мне очень нравится. Я думаю, что мне стоит с ней познакомиться и мысли путаются, а я улыбаюсь и слушаю, что мне рассказывает Лёша. Хемингуэй писал о небольших кафе в Париже, где собирались художники, писатели, актёры, драматурги и общались, а он брал себе кофе со сливками и творил.

    Это так здорово, вот когда справа и слева от тебя сидят самые разные люди, и им хорошо, и тебе хорошо, и всем хорошо, и кофе пахнет хорошо, а в пачке ещё есть сигареты. И становится ещё лучше, когда ты ловишь взгляд понравившейся официантки, а потом говоришь улыбающемуся другу, что, чёрт побери, «она мне нравится».

    К одиннадцати веранда закрывается, и мы поднимаемся со стульев. Я застёгиваю куртку и долгим взглядом смотрю на ту самую девушку. Она делает вид, что не замечает, а мне кажется, что она только делает вид. А скоро мы уже идём к остановке, а день слипает глаза последними огоньками машин, пролетающих на огромной скорости в пустом городе.

    Автобус почти пуст. Я сажусь на одно из многих свободных мест и включаю плеер. Немного грустно, а впереди меня сидит девушка и мы, то и дело, отводя взгляды, смотрим друг на друга. Через две остановки она выходит. Это вошло у людей в привычку. Войти, а потом выйти.

    Потом салон наполнялся новыми пассажирами, мы обменивались малозначащими взглядами, а потом автобус подъезжал к их остановке и они выходили. Развязал галстук и прислонился к холодному стеклу автобуса.

    Мир совершал ещё один оборот, не замечая моего присутствия. Никто не знал и не мог знать, как я сегодня провёл день, где я сейчас, о чём думаю, что чувствую. В этом была своя прелесть. Першило в горле. Постоянно зевал. Жизнь казалась прекрасной в свете совсем простых вещей. Хотелось писать, но даже это было даже здорово. Кофейная гуща осела горьковатым привкусом на языке и в этом была своя прелесть. Прелестей было очень много. Очень простых и очень важных. Подумал об официантке, улыбнулся и замечтался =)


  • МЯСО

  • Грузинский мастер-класс Ловыгина и Семоненко