• Латынина в суде

  • Иван Сирко — великий воин-характерник


  • Я встретил ее в магазине и ужаснулся тому, что сделало с ней мое отсутствие. В упрямых складках ее губ пряталась злоба, а в уголках выцветших глаз немая боль. Ее лицо было больного мертвенно-зеленого оттенка, веки темно сиреневыми и опухшими... Эти цвета не подходят для ликов юных дев. Юных дев... Я видел перед собой старуху, хрупкую и истончившуюся... Ее руки напоминали паутину, растянувшуюся между ветвями дерева, а ноги - стебли бамбука. Казалось, что еще чуть-чуть и она сломается под тяжестью корзинки...
    Когда она увидела меня ее лицо исказила гримаса... Это выражение показалось мне странно знакомым, но ее слова, словно спотыкающиеся о каждую букву, не дали вспомнить где именно...
    "п.р.и.в.е.т."
    Падение, падение, падение после каждой буквы...
    "привет" - выдохнул я практически беззвучно. Мне хотелось подбежать, собрать ее в охапку, проверить, такая ли она  тонкая и легкая, какой кажется на вид, но мои ноги словно приросли к полу. Мне захотелось стать художником и превратить ее в холст, чтобы ластиком стереть эту боль с ее лица. Но я был врачом, и если бы даже она была моей пациенткой, я не смог бы вылечить ее.
    Мне отчаянно захотелось все ей объяснить, чтобы она, что я, и потому, а не совсем, и вовсе незачем, но если... Мои мысли путались, гудели нервным роем пчел...
    "ты знаешь..." - я постарался начать убедительно, но после двух слов мой язык прилип к небу... и я замолчал.
    Я видел, как на ее лице отразилась вселенская усталость. Наверное, такое выражение лица было у Атланта, когда он вынужден был поддерживать небесный свод.
    "я знаю" - прошептала она и одарила меня улыбкой, похожей на треснувшее зеркало...Потом она развернулась и ушла, покачиваясь на своих ножках-стебельках.
    Я знал, что она неправильно меня поняла. Я хотел бежать за ней, но бежал в противоположную сторону, бросив свою корзину с продуктами прямо там, где мы встретились. Мне было плевать, что окружающие сочтут меня психом, я просто больше не мог находиться в этом проклятом магазине. Мне казалось, что осколки ее улыбки ранили меня физически и что по лицу моему бежит кровь. Но на трясущихся пальцах была лишь прозрачная жидкость... Слезы.
    Подходя к дому, я вспомнил, где видел такое же странное выражение лица. Это было сразу после окончания медуниверситета, когда я проходил практику в какой-то больнице. За окном шел снег, был канун Нового Года, а на лице маленького мальчика застыла мука. Я смотрел, будучи не в силах оторвать взгляд, ибо видел это впервые, хотя я читал про это и точно знал, что это...
    Предсмертная агония...













  • Латынина в суде

  • Иван Сирко — великий воин-характерник